Воскресенье, 17 Ноябрь 2019
- - - - - -
A+ R A-

Статья о моем творчестве

Счастье взрослого человека состоит из мгновений. Счастье детства обнимает весь мир, который кажется вечным. На этом холсте - мальчик в летнем саду. Медленно движутся пятна теней и солнца, полны колдовства изгибы деревьев, таинственны заросли трав. В детстве нас всех влекут не причесанные газоны, а заросли крапивы, шаткий сарай за двором, вкус «калачиков» и сурепки, свалки, наверняка хранящие клад. Ребенок разглядывает годовые кольца избяных бревен, трогает ворсинки дерева, посеребрённые ветром и крепким морозцем. И не важно, где он родился, - в столице ли, как автор картины «На даче» Андрей Дубов, или на дальнем хуторе российской глубинки.
Ностальгия – не зарубежная болезнь русских, это вечная наша тоска по Дому, дому детства, дому в деревне, дому, который мечтал построить, дому, где жили неизвестные тебе пра-пра-прадеды. Правильная стерильность современности пуста для сердца. Русская философия красоты почти всегда с привкусом грусти. Она полна ощущения прошлого или будущего прощания. Предстояние перед этим миром, перед какой-нибудь облезлой стеной с остатками краски и предопределяет судьбу ребенка в его чистую пору – стать когда-то поэтом или художником.
Пейзажи Андрея Дубова со старым садом и дачным домом наполнены тем же чувством, что и кадры удивительного фильма Андрея Тарковского «Зеркало». Еще не испорченные, не введенные в сомнения всезнайками, в детстве мы принимаем мир таким же светлым и цельным, как мы сами, полным тайн, которые чем дальше по жизни, тем невозможнее разгадать. Ибо они предназначены Богом не разуму, а чувству – то есть самой непосредственности.
Герои этих пейзажей – молчуны и созерцатели: рыболов с удочкой, но не у реки, у деревенской дороги, женщина у крыльца дома в вечернем саду. Молчание – вот состояние пейзажа в Подмосковье, в Плесе, облюбованном художником, на Орловщине, в Переславле-Залесском и Зарайске. Молчание – это не тогда, когда смолкают крики спорщиков. Это понятие противоположно мелкой бесплодной суете, сутолоке больших городов. Я бы назвала молчание явлением искусства, категорией вдумчивости и мудрости. Таков и сам художник, из всех цветов предпочитающий тюльпан – за его внутреннюю собранность, до поры не раскрытую силу, его мудрое «молчание».
Стоит в мастерской художника одна неоконченная работа – чтение Сергеем Есениным своего философского трактата «Ключи Марии». Этот небольшой прозаический текст поэта оказался созвучным тому, о чем думает и художник, – о древе жизни, дереве, деревне, о том, что все предметы вокруг нас человек научил молиться, о том, что вечность – не космос, а родной очаг.
Что есть объект для художника и что им не является? Все творчество Андрея Дубова – свидетельство того, что нет в жизни ничего, не достойного оказаться в музейной раме. Андрей пишет череду дачных сарайчиков и пристроек. И в отличие от столичного староарбатского пейзажа, который кажется декорацией провинциального театра, этот бедный самострой становится с подачи художника живым и интересным явлением «в себе». Объект ли веранда, возведенная «проще простого»? Но и она может стать живописным шедевром. Бесчисленные вертикали конструкции мастерски нарезают пространство, которое наполнено теплым вечерним светом деревенского лета.
Список выставок в биографии Андрея Игоревича Дубова, члена-корреспондента Российской Академии художеств, более чем велик. Они проходили в России, в столице и провинции, Китае и Испании, Франции и Бельгии. Но когда у автора спрашиваешь о важнейшей, говорит не о тех, что обласканы прессой, не тех, где был коммерческий успех или масса почитателей. Самой важной Андрей Дубов называет персональную экспозицию в ЦДХ в 1992 году, где вместе с другом они смогли, формируя развеску, понять многое – свои промахи и удачи и, что главное, ориентиры, которые помогли идти далее. В этом суть отношения художника к себе и творчеству.
Андрей Дубов – живописец поколения, взращенного художническими процессами постшестидесятых, поколения, пришедшего на смену гигантам «сурового стиля», которые не только дали краскам новый язык, но и самому искусству весомость гражданственности, веру в возможность художника переустроить жизнь. Ответственность творчества – эти слова звучат особенно непривычно сегодня, когда цель творцов актуального искусства нередко декларируется как создание акции, «прикольного» действа, привлекающего неразборчивую публику любой ценой.
Большой художник Андрей Владимирович Васнецов, который по воле мудрой судьбы стал учителем Андрея Дубова с самого его детства, разумно считал, что толчком появления художника на свет является внутренний интерес. О своем призвании Андрей Игоревич так и говорит – с малых лет хотелось понять, как из-под карандаша на бумаге является чудо рисунка, и не родители привели его учиться, в художественную студию он пришел сам.
Серьезность избранного дела Андрей понимал всегда. Именно это ценил учитель в своем ученике. Он писал, что молодой художник не соблазнился двумя порочными дорогами в искусстве – легковесного модничанья и натуралистического копирования. Он выбрал «тяжкий путь познания природы искусства», увлеченный поисками пространственных и цветопространственных задач, что сейчас весьма редко.

Галерея работ Андрея Игоревича Дубова: